Пароль будет отправлен вам на e-mail.

В прошлом выпуске мы опубликовали несколько стихотворений жительницы Сочи, Латышовой Татьяны Михайловны. Хотелось бы рассказать и о жизни этой удивительной женщины, которая в этом году отметила свой юбилей – 85 лет.

Родилась Татьяна Михайловна в Ростове-на-Дону в 1932 году. Папа был инженером, изобретателем в области электричества, мама работала в администрации заведующей секретным отделом стенографии.

Татьяна Михайловна вспоминает: «Папа очень любил музыку, отлично играл на скрипке. У нас вся семья была музыкальная. И я тоже мечтала заниматься музыкой. Еще до войны поступила в музыкальную школу, но успела проучиться всего несколько месяцев. У нас был большой концертный рояль, собиралась вся семья и родственники. Дедушка был полиглот, жил в Риге, преподавал в авиационном институте. И потом я поняла, откуда папа знал немецкий язык. А сам отец говорил нам после войны: «Забудьте и никаких вопросов, кто и откуда». Но это было после, а до войны помню, как бабушка пекла пироги, мы все пили чай, а потом разговаривали и музицировали. Папа играл на скрипке, я пробиралась в комнату, пряталась под рояль и с тех пор полюбила музыку. На патефоне ставили пластинки и слушали романсы. Все пели. А потом гости пешком расходились по Ростову по домам».

Когда началась война, ей исполнилось 9 лет. Отец сразу ушел на фронт, где работал над разминированием полей, на которых применялись особые мины. Таких специалистов было очень немного, никто из семьи об этом не знал, и сам он об этом не говорил. Вернулся с войны через год после Победы, в 1946-м году. И только несколько лет назад в старых его бумагах Татьяна Михайловна нашла справку, что он был оставлен в Германии, как военный переводчик. Из Германии вывозили заводы и другие производства, и он переводил технические документы и инструкции. Мама умерла через три месяца после возвращения отца.

Татьяна Михайловна так рассказывает о годах войны: «Во время войны мы страшно голодали. Два раза эвакуировались из Ростова в села и колхозы Ростовской области. Потом целыми обозами на лошадях эвакуировались дальше, вглубь страны. Немцы на мотоциклах догнали наш обоз в Сальске и приказали возвращаться в Ростов. Собрали всех на площади, детей оставили, а взрослых забрали в комендатуру отмечаться. Мамы долго не было, а я ждала ее с маленьким братиком, не осознавая в силу возраста всех возможных последствий. Мама пришла поздно и потом рассказала, что были списки, в которых проверяющие ставили отметки, кого отпускать, а кого — нет. Маме повезло – проверяющей была ее знакомая, и она поставила галочку, несмотря на то, что мама работала в администрации на секретной службе. Только благодаря этому нас отправили домой, посадив в товарный вагон».

Когда немцы первый раз захватили Ростов, они пробыли в городе всего несколько дней. Второй раз они задержались надолго. Немцы даже открыли школы под своим контролем и заставляли детей их посещать. Ввели немецкий язык, по коридорам школ ходили надзиратели с хлыстами. Вскоре советская армия освободила Ростов-на Дону, а дети, в том числе и Таня, бегали по крышам и чердакам во время бомбежек и щипцами кидали зажигательные бомбы в бочки с водой.

Отец после смерти матери остался с двумя детьми. В квартире не было ни отопления, ни воды, ни еды. Варили зерна кукурузы, папа толок их и этим кормил детей. А потом друзья познакомили его с женщиной, и он женился на ней, а дети перестали голодать. Мачеха была очень жесткой и властной женщиной. Она поставила условие, что, когда Таня окончит 8 классов, то пойдет в училище. А сама Таня хотела окончить школу, чтобы получить высшее образование. Она хорошо рисовала и поступила в ростовский техникум при институте сельхозмашиностроения. И хотя продолжала жить с отцом и мачехой под одной крышей, существовала только на свою стипендию в размере 18 рублей 50 копеек.

Практику Татьяна проходила в конструкторском бюро, где освоила абсолютно все станки. После техникума ее направили на завод Ростсельмаш и сразу определили в цех по изготовлению плугов для кукурузоуборочных комбайнов КУ-2. Работала в две смены, а после техникума еще поступила в институт на вечернее отделение на факультет конструирования машин, но успела отучиться только полтора года.

В техникуме Татьяна Михайловна познакомилась с молодым человеком, за которого вышла замуж. Через год она забеременела, и в 1958 году молодая семья переехала сюда, в Сочи к свекрови. Они жили в маленьком домике около вокзала Адлера. Когда дочке исполнилось три года, Татьяна Михайловна определила ее в детский садик и пошла устраиваться на работу. Муж работал в школе учителем труда и черчения, а Татьяне знакомая порекомендовала идти в БТИ, которое только-только открылось в Адлере. Когда штат расширился, Татьяну Михайловну поставили заведующей этим отделением, а через некоторое время сообщили, что ее выдвинули в депутаты Горсовета.

Рядом с администрацией был букинистический магазин, где Татьяна Михайловна покупала книги. Работала в Горсовете по социальному направлению. Честно ходила в милицию, дежурила ночами, смотрела, чтобы сотрудники милиции не присваивали деньги привезенных накануне в вытрезвитель. Контролировала санитарные нормы в парикмахерских, магазинах, ресторанах. На всю жизнь запомнила, как в одном ресторане на кухне пол был покрыт тряпками, чтобы было не скользко, а этими тряпками протирали сковородки. Татьяна Михайловна очень добросовестно относилась к своей работе в этой сфере, и как сама говорит, всем изрядно надоела. И, хоть замечаний к ней не было, после окончания срока она отказалась от этой деятельности. Не захотелось «вариться в этой каше». Такой коррупции, как сейчас, не было, но было другое – дефицит. И вокруг него тоже было много не самых красивых историй.

Татьяна Михайловна проработала в БТИ почти 40 лет: «Тогда никто не давал взятки. Работали честно. До перестройки запрещали коровники в селе без разрешения строить, а потом, когда началось давление от администрации, поняла, что все равно не могу делать ничего против положенного. Менялись начальники. Когда мне предложили стать начальником БТИ Сочи, я увидела, как много халтуры в работе позволяли себе сотрудники БТИ, документы делали неправильно, небрежно, с ошибками, начались поборы, и уже через две недели я вернулась в БТИ Адлера. Долго работала судебным экспертом по вопросам недвижимости. До сих пор адвокаты и судьи звонят, консультируются, потому что после моих экспертиз не было ни одного обжалования».

Около десяти лет назад, в уже почтенном возрасте, Татьяна Михайловна начала писать стихи. Она всегда много читала, знает много стихотворений наизусть: Тютчева, особенно Пушкина. А свои начали приходить неожиданно. Есть строчки даже про Михаила Круга:

Ветер северный дул,
Замела город вьюга.
Стынут слезы в глазах –
Быстро время летит.
Сколько лет, сколько зим
С нами нет Миши Круга,
Только память его хранит…
И мне кажется снова,
Он войдет в этот зал,
И мы услышим опять:
«Приходите в мой дом,
Мои двери открыты,
Буду песни вам петь
И вином угощать»…

Сейчас у Татьяны Михайловны около 250 стихотворений, каждое из которых посвящено какому-то событию, человеку, просто увиденному на улице или по телевизору сюжету. А еще есть дочка, внучка и два правнука. И дом, утопающий в зелени, в ста метрах от Черного моря.

Мы желаем Татьяне Михайловне, здоровья, неиссякаемой творческой энергии и вдохновения, которое она сама называет «своей терапией».

О СТИХАХ

Говорят, великий Пушкин
Большим повесой в жизни был.
Любил ли Пушкин Гончарову?
О, да! Конечно же, любил!

Хоть ловелас он был отменный,
Пусть Бог простит его грехи.
Но я не знаю в этом мире
Прекрасней Пушкина стихи.

Мои стихи помимо воли
Вдруг возникают иногда.
Они приходят ниоткуда
И исчезают в никуда.

Возникнуть могут на работе,
В постели ночью, на бегу.
В любое время дня и ночи.
Потом их вспомнить не могу.

Хоть примитивны и наивны
Мои внезапные стихи,
И если это дар греховный,
Пусть Бог простит мои грехи.

Есть у меня своя забота,
И одиночества печаль.
В стихах я обращусь к кому-то,
И мне кого-то станет жаль.

Когда ночами мне не спится,
И мысли грустные опять,
В души открытую страницу
Свои стихи пишу опять.

2014 г.